Лекция. Терапевтические отношения. Д. Хломов, Е. Медреш

    Денис Хломов: Терапевтические отношение — они специальные, потому что созданные искусственно. Около терапевтические вещи существовали практически всегда: философские школы, кружки, церковь с институтом исповеди. Отношения, в которые люди могли располагаться, всегда были, они обеспечивали поддержку. Одна из особенностей человеческого существа, личности – это то, что человек не появляется без другого. Известный феномен, что Маугли не могли выживать в человеческом обществе и очень быстро умирали. Это, правда, мистика, что человек не может появиться без другого как существо. И очень интересно то время, когда возникла терапия, возникла потребность, чтобы создались такие отношения.

     Евгений Медреш: Получается, что личность передается воздушно-капельным путем. То есть генетически как животная особь человек появляется тем самым путем, о котором мы говорили в шеринге))), но как личность он передается именно вот дыханием от человека к человеку.

     Хломов: да, определенным вращиванием, формированием какой-то своей идентичности рядом с другими идентичностями. В этом смысле очень интересно и очень логично, что возникло явление психоанализа с таким гораздо более частыми, чем в гештальт-терапии встречами, более плотными отношениями. То есть история долгих аналитических отношений  с одной стороны как бы повторяла путь взращивания личности рядом с другим и позволяла, осознавая какие-то травматические этапы, изменять себя. Конечно, поразительная вещь как повторяются какие-то истории. Дальше и терапия менялась, и подход, и отношение к человеку, и отношения собственно к тому меняющему человека, жизнь и представления фактору, на который работают эти отношения. Фактор инсайта, осознания ранней травмы. И как это потрясающе пришло к идее изменений, которые происходят в контакте. Изменение принадлежит не терапевту, не клиенту, а именно принадлежит зоне и месту встречи в которой происходит изменение.

      Евгений Медреш: Базовые изменения в гештальт-терапии были сделаны именно аналитиками. Если вы едите на Range Rover, то важно понимать, что все, что там внутри было придумано водителями телег, ось, колесо – оно оттуда. Психоанализ возник как проект исследовательский, а не как терапевтический. И как исследовательский проект он большую роль отдавал толкованиям, интерпретациям, конструкциям и инсайтам. Это было очень долго, но потом кто-то из аналитиков вдруг почувствовал в таком проекте родилось что-то удивительное, что больше. Получается, что  «действующим веществом терапии являются не инсайты, интерпретации и толкования, а сами по себе отношения». И это была революция в психотерапии.

      Выстраивая свои отношения с клиентами, терапевт определяет свой стиль тем, в какой пропорции он смешивает близкие и контрактно-договорные отношения. Сколько у меня должно быть договоренностей, границ, завершения, интервенций, интонаций, что я готов изначально обозначать, как выстраивать сеттинг. А сколько может быть включений, подмешиваний личных отношений, на сколько я могу себе позволить присутствовать здесь чувствами, переживаниями, привносить себя, свою личность – это определение пропорции контрактности, договорности и близости, спонтанности собственных чувств и определяет стиль терапевта. Здесь важно найти то, что работает, важно, чтобы клиенту было достаточно места в терапии. Любые крайности губительны для отношений. Важно, чтобы клиент не был одинок, и не был задавлен и вытеснен, чтобы не был научаем эффективно присутствующим терапевтом, но и чтобы он не оставался один на один со своими переживаниями ,а терапевт ушел не поврежденный после сессии.

     Хломов: Два важных аспекта: во-первых, они действительно специальные, они являются задачными, построены под задачу. Хитрость задачи по гештальт концепции, что изменение происходит в контакте соответственно для этого необходимо присутствие.  В этом смысле бессознательные изменения прекрасны, но наполовину бессмыслены, поскольку некая важная задачка, за которую мы беремся, сформировать у человека осознанный подход к жизни, к своим процессам. Условно, чтобы человек сам смог себя понимать, с собою обращаться.

Здесь в чем сложность и особость, отношения одновременно имеют два пласта. В основном обучение, супервизия терапевта направленна на развитие, возможность жить в этих пластах, быть  в процессе, во взаимодействии, в отношениях, но кроме всего прочего я осознаю, что происходит, подвергаю анализу,  рассматриваю отношения как помогающие и соответственно я несу ответственность за терапевтическую часть отношений, я не могу ее изначально разделять с клиентом, так как понимание только формируется и я сам решаю, сколько себя я могу пустить в отношения, не напугаю ли я собой клиента, могу я разместиться или нет, могу я проявить агрессию и ли лучше сдержать. Этот пласт решения, понимания расщепления, когда я нахожусь в отношениях, и я  являюсь анализирующим, понимающим. Вот это то самое хитрое для меня, то, что позволяет не делать терапию механическим явлением, что не позволяет строить тупой алгоритм терапии. Потому что эта смесь и есть искусство, творческий язык, особенности личности терапевта, то почему терапевтические отношения являются уникальным товаром.

Полезная статья? Расскажи друзьям
Общайтесь с нами

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>